Скоро пенсия, а дела словно назло сыпятся одно за другим. Уильяму Сомерсету, много повидавшему на службе, уже грезился тихий домик вдали от шума и криминальных сводок. Оставалась всего неделя — семь дней, чтобы завершить все формальности и навсегда оставить позади этот город с его вечными пороками.
Но судьба распорядилась иначе. Первой неприятностью стал новый напарник, Дэвид Миллс — молодой, горячий, полный идеалов, которые Сомерсет когда-то тоже лелеял, но давно похоронил под грузом лет и пережитых ужасов. Работать с ним казалось почти невыполнимой задачей.
Второй удар оказался куда серьёзнее. На окраине города обнаружили тело. Картина преступления говорила сама за себя — убийство было необычайно жестоким, продуманным до мелочей. Для обычного полицейского это могло бы выглядеть как чудовищная, но разовая вспышка насилия. Однако интуиция Сомерсета, отточенная годами, подсказывала другое. В каждом жесте, в каждой детали на месте преступления читался холодный расчёт, своеобразная мрачная эстетика. Это не было спонтанным злодеянием. Это напоминало начало.
Сомерсет понимал — такое не совершают просто так. За первым эпизодом почти наверняка последуют другие. Это чувство, тяжёлое и неумолимое, поселилось где-то глубоко внутри, не давая покоя.
Увы, его худшие предположения вскоре нашли подтверждение. Поступили новые сводки, пришли первые отчёты. Картина начала складываться в единое, пугающее целое. Оставалось семь дней до заслуженного отдыха, но теперь эти дни грозили превратиться в настоящую гонку со временем и с беспощадным противником, чьи мотивы и планы только предстояло раскрыть.
