Шалкар давно оставил службу. Раньше он расследовал самые страшные преступления, а теперь дни его проходят в тишине, которую лишь изредка нарушает звон бутылки. Он не хочет вспоминать прошлое, но оно не отпускает.
Однажды к его порогу пришел молодой полицейский. Лицо у сотрудника было серьезным, а в глазах читалась беспомощность. Он попросил Шалкара о помощи, хотя и понимал, что тревожит покой бывшего следователя.
В городе снова появился убийца. Его почерк, методы, детали преступлений — все это до боли напоминало дело из девяностых. Именно то дело, которое когда-то вел Шалкар. Маньяка тогда поймали, но теперь, спустя десятилетия, словно ожил призрак. Или появился последователь.
Шалкар сначала отказался. Зачем ворошить старое? Но ночи стали беспокойными. В памяти всплывали лица, детали, запахи. Он понимал, что только он знает те мелкие нюансы, которые не попали в официальные отчеты. Те самые мелочи, которые и могут привести к преступнику.
Он согласился помочь. Не из чувства долга, а потому, что иначе просто не мог. Старые раны снова начали саднить. Каждый новый след на месте преступления был как эхо из его собственной молодости. Приходилось заново погружаться в пучину, которую он так старался забыть.
Работа шла тяжело. Методы изменились, технологии шагнули вперед, но психология зла осталась прежней. Шалкару приходилось не только искать убийцу, но и бороться с собственными демонами. Алкоголь больше не помогал заглушить их голоса.
Расследование постепенно продвигалось. Опыт Шалкара, его умение видеть то, что скрыто от других, давали результаты. Но с каждым шагом становилось яснее: этот маньяк знает о старом деле слишком много. Слишком много деталей совпадало. Возникал жуткий вопрос — а действительно ли того преступника из девяностых удалось остановить?
Шалкар чувствовал, что приближается к разгадке. Цена этой разгадки могла оказаться слишком высокой. Придется не только столкнуться с нынешним злом, но и пересмотреть все, во что он верил много лет назад. Пенсия закончилась. Началась охота.
